Жизнь на лезвии бритвы. Прода от 4 февраля. Не бечено.

С чвякающим звуком смачного харчка, воронка портала выплюнула нашу троицу и несколько кубометров воды примерно с высоты двух, двух с половиной метров над поверхностью утыканной памятками кладбищенской земли.

Извернувшись, я кошкой приземлился на четыре точки и сразу же откатился за мраморное изваяние крылатого ангела. Поттер удачно рухнул на свежий могильный холмик, счастливо избежав встречи головы с гранитной плитой, лежащей на соседнем погосте. Рыжая мочалка, проснувшись в коротком полёте, тонко взвигнула от страха и, не будь под ней водяной подушки, смачно бы влепилась в просевший памятник с истершимися цифрами и буквами, возможно со смертельным исходом, а так дело ограничилось влажным шлепком, тихим хрустом и… тишиной. Что-то сломав, руку или ногу, времени присматриваться не было совсем, Уизли потеряла сознание. Зато братец, схватившись за шею, захрипел раненой белугой. Жабросли не заклинание, просто так действие водорослей не отменишь – одна порция действует час и хоть в лепёшку расшибись, без специального антидота или умения трансформировать тело, от жабр не избавиться.  Ни первым, ни вторым Джейс не владел, взамен приобретая бесценный опыт по ощущению себя выброшенной на берег рыбой. Может быть это вобьёт в его голову немножечко мозгов, хотя надежды юношей питают…

Катаясь на месте, Джейс бешеной жабкой выпучивал глаза, пытаясь хватануть воздуха. И пусть последнего было просто завались, радости ему это не приносило. Просканировав пространство и обнаружив ближайшие магические засветки живых существ в пятидесяти метрах от себя, быстро кастую водяную сферу вокруг головы невольного жабёныша с четко отмеренным сроком действия и мощный сомниус. Не хватало мне ещё, чтобы проснувшись, младший олень ненароком захлебнулся. Убийство по неосторожности не сильно попортит и так не ангельскую карму, но уголовная статья и судебное разбирательство нужны мне в последнюю очередь. Накрыв булькающее тело чарами отвлечения внимания и дезалюминиционным пологом, накладываю на себя телесную «тактилку», превратившись в полного двойника «жабки», откатываюсь на несколько метров в сторону и начинаю хрипеть и сипеть на всё кладбище. Где-то на задворках сознания мелькает эмоциональная злорадная усмешка волшебника, спешащего к импровизированным сценическим подмосткам.

Вынырнув из-за могил, невысокий пухленький человечек, в чертах которого проскальзывало нечто крысиное, несколько раз попинал ногой безвольное тело младшей Уизли и убедившись, что в ближайшее время оное не планирует совершать никаких телодвижений, направил палочку в мою сторону. С невербалкой у Питера, а это оказался именно он, оказалось гораздо лучше, чем у надежды магической Англии. Вы не представляете, чего мне стоило тупо подставиться под луч парализующего проклятья при орущих во всю глотку инстинктах и вбитых в подкорку боевых рефлексах на уклонение или постановку щитов. Скажу просто – это отдельная песня, как и роль тупого чурбана, граничащая с гранью добра и зла. Благо Питер оказался зрителем непредвзятым, а не театральным завсегдатаем, всеми фибрами души чующим фальшь.

Словно паук, закутав обездвиженную добычу в верёвочный кокон, крысёныш с садистским удовольствием наслаждался мучениями задыхающейся жертвы и только после шипящего окрика со стороны котла с адским варевом, выбрал удобный момент и влил мне ненужный антидот. Перестав изображать бьющуюся об лёд рыбу, я обессилено замер в коконе.

— Вот и хорошо, мой мальчик, — удачно спародировав Дамблдора, Питер мелко захихикал и потащил меня к котлу, — мой господин и я рады встрече с тобой, Джейс. Знаешь, сегодня ты послужишь всеобщему благу, хе-хе, в понимании моего господина.

— Мой отец убьет тебя, мерзкий предатель!

— Я бы не был столь категоричен, мой мальчик, твой рогатый папаша тебя не спасёт.

— Питерс-с-с, ч-ч-ччччччччего, ты телишшшся, — донеслось шипение из свертка, словно в люльке лежащего в змеиных кольцах здоровенной змеюки. Нашлась Нагайна, не придётся за ней бегать по всей Олбани и британским островам. В сравнении с Шиашем и мною в анимаформе василиска, ручной шнурок Волдика проигрывала с разгромным счётом. Шиаш же, вообще, делал её как бог черепаху. Вот и поохотится, если я её не пришибу. – Пос-с-с-ш-шши, пока мальчишшшку не хватилисссь.

— Тебе зубы повышибали, шепелявый? – не сумел удержаться я. – Или ты язык прикусил и теперь челюсть не разжимается?

Подначка не прокатила, тварюга в детских пеленках осталась невозмутимой, ни на мгновение не приоткрыв оклюментивных щитов, зато Питер, будто трусливый пёс, опасающийся окрика, присел на коротеньких ножках. Однако, хорошо его Волди вдрессировал.

— Шевелись, Крыса! – разжав челюсти и перестав изображать спускающее колесо, приказал гомункул Волдеморта. Нагайна рассерженным шипением поддержала хозяина. Это же насколько надо быть тупой, чтобы не чуять короля змей. Хотя, чего я хочу от фактической марионетки, ставшей вместилищем крестража. По правде говоря, от змеи осталась только оболочка – умная, изворотливая и смертельно ядовитая. Через связь с куском души, Волдеморт подчинил себе животные инстинкты пресмыкающегося.

Подумав, что не стоит накалять обстановку раньше времени, я решил прикинуться шлангом и наблюдать представление из первого ряда, так сказать. Дрожащий Питер завёл канонную волынку про кость отца, плоть слуги, кровь врага и прочую дребедень, после чего отправил уродца со скрюченными ручками в заплыв от края до края котла. Выпустив несколько пузырей, зелье в который раз сменило цвет и вдруг резко выстрелило облаком серебристого тумана, окутавшего пятачок погоста с могилкой Риддла-старшего. С каждой секундой облако наливалось грозовой тьмой, пока в его центре, в конце концов, не возник контур высокой человекоподобной фигуры.

— Хвост, мантию! – плюхая босыми ногами по остаткам жидкости, приказал оживший кошмар волшебной Британии.

Занятно, склонив голову на бок, я наблюдал бледнокожим за сосискобразным гуманоидом, на лице которого отсутствовал нос. В общем и здесь канон от души потоптался грязными ногами, ни на грош не соврав от истины. Ощупав себя со всех сторон длинными паучьими пальцами, Волдеморт царственно позволил закутать себя в длиннополый балахон и протянул руку за палочкой. Мда, Квазимодо рядом с этим глистом настоящий писаный красавец. Воровство крови до добра не доводит. Если рассматривать ситуацию с точки зрения магогенетики, то возрождённое чучело приходится мне сыном. Ничего, успокойтесь, дорогие друзья-товарищи, недолго ему обретаться в этом качестве.  Что-то я уже утомился.

Незаметно сбросив путы, я прошептал заклинание отсечения плоти, уничтожив остатки неиспользованной в зелье крови, «сынишка» же в этот момент увлечённо тыкал волшебной палочкой в метку на левой руке хныкающего раба, качающего кровоточащую культю. Видимо сопл и слёзы мешали эстетическому вкусу Волдеморта, поэтому он присобачил Питеру серебристый протез. Вскоре до моего чуткого уха донеслись первые хлопки аппараций прибывающего воинства. Сконцентрировавшись,  я послал Шиашу ментальный сигнал готовности. Чудаки в стильных масках и брутальных балахонах всё прибывали и прибывали, на полусогнутых ногах подходя к импровизированным подмосткам и бухаясь перед Волдемортом на колени. И это исходящее потом и страхом стадо мнит себя цветом нации и аристократии? Как всё запущено. Сорняки, прикидывающиеся розами.

Подождав с минуту, не прибудет ли ещё кто-нибудь смелый, Волдеморт начал обход по кругу, останавливаясь у прорех в плотных рядах смертожранцев, окруживших хозяина. Думаю, Миледи будет довольна, если я прихлопну пару десятков уродов, осмелившихся попирать её имя. Пока змеемордый скорбел о Лейстренджах с Малфоем и грозился карами предательнице Белле, которую он пообещал отдать на потеху публике, я мысленно активировал артефакторный комплекс, тем самым превращая кладбище в ловушку. Стоило только появиться антиаппарационному барьеру, моего разума коснулся ментальный посыл. Шиаш транслировал изображение окраины кладбища, где он обнаружил группу людей, прибывших на сигнал аварийных маяков и тут же замаскировавшихся. Все они держали длинные металлические палки в руках. Приказав василиску не трогать снайперов из групп зачистки, я стряхнул верёвки и демонстративно захлопал в ладоши.

— Браво! Брависсимо! Какая патетика, какая глубина чувств и фонтан пафоса! Браво! Просите пощады у Господина, презренные! Кто будет наиболее усерден в целовании задницы, того он пощадит. Возможно, а, может, и нет, — тянуть больше не имело смысла. Волдеморт удачно для меня и неудачно для себя остановился в центре замаскированного ритуального круга (коих я напихал у могилы с десяток, чтобы уж наверняка), на активацию которого требовалось несколько секунд. Время пошло, своей эскападой, заставившей врагов замереть в ступоре, я его обеспечил. Ритуал изгнания начнётся через девять, восемь, семь…

— Милорд, разрешите мне прикончить мальчишку, — одна из белых личин повернулась к змеемордому.

— Спокойней, Розье, — усмехнулся Волдеморт, — это становится забавным. Мальчик высказал интересную мысль. Я не буду его убивать… Эйвери, покажешь юнцу всю глубину его заблуждений, а когда он её осознает, разреши ему поцеловать твою задницу.

— Розье, — остановившись в центре пентаграммы, присыпанной землей, из-за чего вся пожирательская банда не смогла обнаружить магического рисунка, я задумчиво потёр подбородок. – Поздравляю, я тебя не убью, ты сам вздёрнешься.

Ответом мне был многоголосый смех, сменившийся паническими криками, когда линии пентаграммы загорелись нестерпимым светом, а Хозяин и Господин вдруг заверещал, будто его тупым ножом режут, и рухнул на землю, забившись в эпилептическом припадке.

Миледи много раз намекала на Род Певереллов, в конечном итоге отстав от меня после рождения у тети Петуньи второй дочки, но регентство с меня никто не снимал. Что это значит? Это значит, что как некромант и ученик Кощея я тоже не лаптем щи хлебаю, да ещё в месте силы, да к тому же после тщательной подготовки. Полезшие со всех сторон мертвецы гуртом навались на запаниковавших пожирателей, обнаруживших отсутствие возможности сбежать.

— Ломайте барьер!  Ломайте! Жгите мертвяков. Убейте мальчишку, это он! – проорал один из пожирателей, отличающийся сообразительностью. Не орал бы, дольше прожил. Пораскинув мозгами, он больше ничего придумать не смог. Зачарованная пуля «дум-дум», войдя в голову, намертво отшибает мыслительный процесс.

Чпок, чпок, чпок. Свинцовый град принялся сшибать паникующие колосья, неотвратимо отсекая магов от меня и Водеморта. В воздухе повисло густое амбре из крови и… фекалий. Тяжело запахло страхом. Несколько прытких масочников сумели метнуть в меня авады, но восставшие зомби и ходячие скелеты проворно возникали на пути смертельных лучей. Я что, зря тут убивался прошлую ночь? Любая импровизация хороша, когда она заранее продумана. Взломав один из барьеров, толпа ломанулась в обратную сторону. Напрасно они искали спасения. Ударь пожиранцы всем скопом по мне и никакие мертвяки и взлетающие вверх обелиски не спасли бы меня от участи отправиться в объятья Миледи, а запаниковав, они раз и навсегда потеряли инициативу. Смерть продолжила собирать урожай. Несколько человек кеглями разлетелись в стороны от таранного удара головой василиска.

— Василиск! А-а-а! – вопли обрывались под взглядом желтых глаз. Резко нырнув за ограждения могил, Шиаш освободил сектор обстрела снайперам. Чпок, чпок. Бабах! Кто-то на полном ходу влетел в минное поле. Я послал Василиску ментальное послание не соваться туда. Мины не магия, шкура от них может не защитить.

Мертвецы, преследующие живых, не давали магам возможности окопаться или возвести каменные стены. Бросив людей, Шиаш всей тушей навалился на попытавшуюся удрать Нагайну.

— Она твоя, — крикнул я василиску. Мощные клыки пробили голову крестража низвергнутого тёмного лорда. Лысое пугало с паучьими пальцами начало плеваться кровью. Полное отсечение от Рода оно такое.

Вы думаете, с какого перепугу я пошёл на всё это? С того, что дух, вселённый в гомункул, окончательно изгнать из Рода невозможно, на то он и дух без капли крови, а вот мага, обретшего плоть, вполне. Убить это его не убьёт и не развоплотит, ибо Волди теперь будет Питтегрю. Какая ирония судьбы: из наследников Основателя стать наследником Крысы.

В это же время с десяток смердящих мертвечиной зомби навалились и скрутили Розье, а хвост Шиаша, в которого угодило и отразилось взрывное проклятье, словно пушинку снёс Эйвери.

Черты змеемордого лица менялись, теперь в них проступило что-то крысиное, может быть тому причиной выступившие под верхней губой резцы? Или ставшие маленькими красные глазки? Крыска-альбиносик.

— А-а, — с окончанием ритуала полного кровного изгнания, Волдеморт перестал биться в падучей.

Хрусть! Хрустнула пополам под моей стопой выпавшая из рук несостоявшегося жупела Британии волшебная палочка.

— Вставай, сиротинушка! – простимулировав новоявленного «крысёныша» ударом по ребрам, я отошёл к его почившему «папаше», чья голохвостая тушка с металлической лапкой навеки застыла под взглядом Шиаша. – От судьбы не уйдёшь. Жил крысой, крысой и подох. Достойная смерть.

Зомби приволокли и бросили у моих ног связанных Розье и Эйвери. Где-то за безымянной могилкой тихо посапывал Джейс Поттер, с которого, по окончанию действия жаброслей, слетела водяная сфера, и по-прежнему живым брёвнышком лежала Джинни. Мертвецы не тронули отмеченных моими метками.  Стрельба прекратилась, снайперы оставили позиции и споро погрузились в микроавтобусы, появившиеся прямиком из воздуха.  Взревев моторами, транспортные средства также внезапно исчезли. Побрезговав есть бывший крестраж, Шиаш выплюнул истерзанную тушку Нагайны и пополз за ограду кладбища, где за границами антиаппарационных барьеров ему был оставлен мощный порт-ключ, ведущий в Тайную комнату. Змей двигался грациозно, огибая окаменевшие статуи, трупы и работающих скелетов, которые стаскивали убитых пожирателей смерти в одну кучу. Оставлять бардак на кладбище было не в моих правилах. Через несколько минут очистительное драконье пламя поглотило тела.

— Убей меня, — прохрипел Волдеморт.

 

 

*****

 

Полуприкрыв глаза и задумчиво оглаживая подлокотник удобного кресла, Лорд Георг Гринграсс наблюдал за Дамблдором. Бывший директор старательно держал мину. Сомнений в том, что старый прохиндей вылетел из нагретого за десятилетия кресла, больше не осталось. Деметра высказалась однозначно, так как магических связей с замком она больше у старика не видела. Значит, Гарольд был прав и всё решится сегодня. Поведение старика тоже об этом говорит. Если не знать куда и на что смотреть, то Альбус держался бесподобно, но мелкий, едва заметный тремор пальцев, подрагивание век, тик одинокой жилки под глазом и напряжённый взор выдавали старого интригана с головой.

Георг ещё раз обежал взором трибуны перед озером, на секунду остановив взгляд на громадном иллюзорном экране, висящем в десяти метрах над водой у стартовой площадки пирса. Что ж, команды розданы, нужные люди и группы поддержки расставлены по местам, болгары предупреждены, как и некоторые бывшие пожиратели, давно и прочно разочаровавшиеся в господине, что не стоит им покидать трибун, пусть хоть чёрная метка запульсируется. Живее будут, отблагодарят потом. Гарольд и Вальпурга предлагали не брать с таких должников деньги, а принять плату услугами и голосами в Визенгамоте. План по смене власти в Министерстве также вошёл в завершающую стадию.

Давно бы пора перестать удивляться, но мальчишка не уставал организовывать новый шокирующий повод для очередного изумления окружающих. Вот откуда, скажите, Гарольд достал компромат на Дамблдора, Орден Феникса и часть министерской верхушки? Георг осторожно выяснил через подконтрольные структуры, что русские спецслужбы к сливу или подбросу информации отношения не имеют. Отсюда следует вывод о наличии у Гарольда других источников, о которых неизвестно никому и о том, что потомок Слизерина играет самостоятельную партию, успешно лавируя между КГБ, Кощеем, традиционалистами и собственными интересами. Георг даже крякнул от восхищения: малец ловко устроился, проворачивая темные делишки под носом у одной из самых грозных спецслужб маггловского и магических миров. Волхвы не полезут в свару с Кощеем, некромант тоже преследует свои интересы и не допустит слива родственника, тем более ему выгодна независимость вернувшегося в магический мир Древнего. На ученических и родственных связях с драконьим оборотнем можно получить намного больше бонусов, чем сажая его на короткий поводок. Никакой цепью подобное существо не удержать, а вот заполучить во враги все магические расы и Миледи Смерть в придачу можно запросто. Скажите, кто в здравом уме пойдёт на подобное? Несмотря на две тысячи лет, Кощей маразмом не страдал, как и волхвы КГБ, чего нельзя сказать о Дамблдоре и Фадже.

О министре можно было высказаться в двух словах: Фадж – всё. Всё, значит «всё». Как о политической фигуре о Фадже можно было забыть. Независимо от любого исхода он политический труп и чтобы не стать трупом в прямом смысле слова, Корнелиус сдал бывшего покровителя с потрохами, трясущимися руками вчерашним вечером сунув Георгу оригинал распоряжения на заключение Гарольда Эванса в Азкабан. Наибольшую ценность бумаге придавала подпись Дамблдора. В ходе коротких переговоров, в которых кроме Лорда Гринграсса со стороны традиционалистов принимали участие Андромеда Блек и примкнувшая к ним глава ДМП, Фадж согласился со всеми выдвинутыми условиями. Попробовал бы он не согласиться. После обнародования компромата министра бы линчевали не выходя из министерства. Чего уж там министерства – закопали бы прямо в кабинете. Прижатый к стене нелицеприятными фактами и неопровержимыми доказательствами, он согласился вернуть в казну девяносто процентов того, что прилипло к пухлым ручкам за время нахождения у кормила власти, а прилипло немало. Тут и мэноры, оставшиеся без хозяев, и библиотеки, и золото. Указ о добровольном снятии полномочий подготовлен  заранее и ждёт своего часа. Десять процентов, что тоже немало, оставлено трусливому мздоимцу на старость за подкупающую искренностью покладистость. Георг поискал взглядом министра и не нашёл. Скорее всего, бросив котелок на произвол судьбы, тот уже находится на полпути в Южную Америку. Выбрав момент, когда все отвлеклись на начало второго этапа, Фадж ловко покинул трибуны и пустился наутёк. Пусть бежит, своё он отыграл, присовокупив к папкам Гарольда немало материала на Орден Феникса и сподвижников Дамблдора, в дополнение с потрохами сдав своих людей в ДМП и аврорате.

Старик, в отличие от министра, считает, что у него имеются неплохие шансы выкарабкаться из устроенной западни, вновь оказавшись на коне. Грядущие события покажут насколько он был прав и насколько политический союз Блеков, Гринграссов, Гойлов и Креббов предусмотрел все варианты развития ситуации и политического кризиса в стране. Всего учесть невозможно, любой план остаётся в силе до первого выстрела или до первого заклинания, но хороша та импровизация, которая подготовлена заранее.

— Дорогой! – Деметра ущипнула мужа за руку. – Старик напрягся.

— Следи за экраном, — заглянув в глаза супруги, Георг воспользовался легилеменцией, чтобы незаметно послать мысль, — начинается!

Перевернув камнем вниз перстень на среднем пальце левой руки, Лорд Гринграсс активировал сигнальный амулет. Снайперы и группы магической силовой поддержки выдвинулись на заранее оговорённые позиции на окраине кладбища одной маггловской деревеньки и на опушке Запретного Леса, куда им был заранее оформлен допуск сквозь защиту замка. Агенты на трибунах незаметно извлекли палочки, сотрудники ДМП, верные Амелии, распределились в проходах.  Между тем Гарольд успел за короткий промежуток времени расправиться с гигантским кальмаром, неожиданно проявившим несвойственную ему агрессивность, и заживо сварить несколько десятков водных чертей. Публика на трибунах бесновалась, бегающие между рядов агенты букмекерских контор принимали ставки. Старик на позолоченном кресле испустил разочарованный вздох и тут же вернул маску невозмутимости на место.

— Дорогая!

— Что, дорогой?

— Третий ряд от Дамблдора, рядом с Делакурами. Это та о ком я думаю?

— Ты не ошибся, дорогой, — хитро сверкнула глазами Деметра.

— Хм, — отведя взгляд от девушки, которая сидела к ним спиной, Георг сомнительно хмыкнул.

— Это страховка, милый.

— Гарольд в курсе? Не боишься, что он потом нам головы оторвёт?

— Не скажу за нашего мальчика, но лягушатники, — презрительно отозвалась о французах Леди Гринграсс, —  точно не догадываются, с кем делят ряд, иначе они не были настолько беспечны. Девочка страхует их, как-никак они скоро породнятся, и следит за директором.

— Хорошо, пусть будет по-вашему, но в случае непредвиденных обстоятельств не суйтесь в пекло, — здраво рассудил Георг, так как отменять что-либо или вносить корректировки было поздно. – Активируете эвакуационные портключи и не путаетесь под ногами. Ты меня поняла, дорогая?

За время короткого монолога Гарольд не на жизнь, а на смерть сцепился с каппой и кельпи. До белизны пальцев сжав подлокотники кресла, Дамблдор подался вперёд, сложив губы в разочарованной гримасе, когда участник турнира справился с демонами, прикончив следом двух тритонов, бросившихся на него с трезубцами наперевес. Освободив заложниц, Гарольд развернулся к столбу с младшей Уизли и подплывшему ней Джейсу Поттеру. Георг всей кожей почувствовал исходящее от Дамблдора напряжение.

— Сейчас что-то произойдёт? – успел он шепнуть супруге, прежде чем сработал портал из зачарованных пут.

Вспышка, яркость которой не сумели погасить колдокамеры, установленные в толще воды, унесла двойку участников и заложницу в неизвестном направлении. Двойная вибрация сигнального перстня через три секунды сообщила, что перенос отслежен и привёл туда, куда предполагалось ранее.

Вопрос: «Что происходит?», повис в воздухе.

— Без паники, уважаемые гости и зрители турнира! – встав со своего места и направив волшебную палочку на горло, крикнул Дамблдор. – Видимо произошёл какой-то незапланированный сбой с аварийным порталом мистера Поттера. Сейчас мы во всём разберёмся.

— Какой порталь, Дамбльдог?! Ви опять есть жульничать? Я протестовать! – нависла над белобородым старцем Мадам Максим.

— Я стар, но не слеп. Джейс Поттер каким-то образом сумел протащить с собой зачарованный кинжал, проверка которого ничего не выявила. Каким, мы разберемся после того, как найдем пропавших участников.

— Да что вы говорите? – ядовито усмехнулся в бородку Каркаров. – Тогда советую поискать того, кто зачаровал путы девчонки. Кого вы пытаетесь обмануть, Дамблдор? Проверка не выявила подвоха потому, что портключ оказался двухсоставной. Первая часть цепочки наложена на кинжал, вторая на верёвку или наоборот. Вы клялись, что турнир будет проводиться честно и что мы все видим? Жульничество с первого до последнего дня. Подсуживание и фаворитизм. Кто кроме организаторов имел доступ к заложникам, не ваши ли это люди, господин директор?

Скандал набирал обороты, втягивая в свою сферу всё больше и больше участников. Вышедшие на берег Виктор Крам и Флер Делакур, левитирующие сферу с заложницами, беспомощно хлопали глазами, не понимая, почему на них не обращают внимания. Действо, развернувшееся у судейской ложи, было зрителям куда привлекательней, чем какой-то турнир. Где ещё подобное увидишь, особенно директоров школ, готовых голыми руками повыдирать друг у друга космы и бороды. Градус накалялся каждую минуту, пока Лорд Паркинсон, находящийся в фокусе внимания специального следящего артефакта, не схватился за левое предплечье. Георг шагнул к побледневшему аристократу.

— Если хотите жить, не советую откликаться на зов метки.

— ОН возродился, — слизывая с верхней губы проступившие бисеринки пота, панически выкрикнул Паркинсон, — вы не понимаете, он убьёт меня и всю семью, если я не явлюсь.

— Вас убью я, если вы задумаете явиться. Вас устраивает альтернатива?

— Что мне делать?

— Сомнус! – заклинание, брошенное Деметрой, решило все сомнения Лорда Паркинсона, погрузившегося в глубокий сон.

— ОН возродился! – внезапно безумно захохотал Людо Бэгман, сдернув камзол и радостно поглаживая почерневшую метку на левом предплечье. – Тёмный Лорд вернулся! Дрожите, поганые грязнокровки, наследник Слизерина вернулся!

— Идиот! – змеёй прошипела Деметра.

На лице Дамблдора проступило мрачное торжество. Времени на раскачку не осталось.

— Работаем! – коротко крикнул Георг, всаживая проклятье в спину длиннобородого поганца. Внешне лёгким взмахом палочки Деметра отбила бомбарду, посланную в мужа мгновенно среагировавшим Снейпом.

Отражённый щитом красный луч ударил в основание соседней секции трибун, снеся поддерживающие конструкции. С громким треском деревянные конструкции сложились вовнутрь, около пятидесяти зрителей рухнули вниз, ломая руки и ноги среди образовавшегося завала и давя тех несчастных, кому не повезло оказаться в самом низу.

Заранее расставленные работники ДМП и некоторые авроры на первом этапе сработали чище, чем это удалось Лорду Гринграссу. Обездвиживающие заклинания били точно, не оставив засвеченным агентам Дамблдора и половине боевиков Ордена Феникса ни шанса. Зато вторая половина застигнутых врасплох волшебников из вражеского лагеря сумела оказать сопротивление, сходу начав швыряться авадами и боевыми проклятьями. Заверещав как баньши, Молли Уизли, оказавшаяся среди зрителей, наглядно продемонстрировала окружающим, что не там министерство годами искало чёрную магию. Чиновникам стоило более внимательно читать рецепты и заклинания из поваренных книг для домохозяек. Что такое разделывание туши с потрошением оных прочувствовали на себе два сотрудника ДМП, кинувшиеся к судейской ложе с временно обездвиженным Дамблдором.

Трибуна с дурмстранговскими гостями и болельщиками слажено ощетинилась палочками и закрылась многослойной бронёй магических щитов. Помона Спраут бросила на землю гость семян, мгновенно проросших живым частоколом, который отделил трибуны «барсуков» от остальных. Дружно возведя барьеры, «воронят» и «львят» от шальных проклятий защитили старшекурсники. Внезапно над барьерами и верхними рядами, которые занимали гриффиндорцы, взлетела полосатая кошка, в полёте превратившаяся в Минерву МакГонагалл. Две волшебные палочки в руках мастера трансфигурации крутились замысловатыми спиралями, рассылая лучи во все стороны. Казалось, что декан красно-золотого факультета бьёт бессистемно, но трибуны под студиозусами, ставшие из деревянных стальными, уберегли детей от повторения участи гостей. Сил женщина вложила немало, да ещё школьники своей магией подпитали заклинания наставницы. Одними трибунами Минерва не ограничилась, деревянные големы, возникшие вместо кресел и лавок, мигом скрутили нескольких пожилых волшебников, с боем пробивавшихся к ложе с Дамблдором, а также атаковали магов, имевших неосторожность схватиться за левое предплечье. Один из внешне благообразных старичков умело отбил нападение трех чуркообразных братьев Пиноккио, двумя взмахами – крест-накрест, порушив чары Минервы, но вывернувшийся из-под трибуны Флитвик не дал седому боевику завершить начатую на МакГонагалл атаку. Крутнувшись юлой, маленький полугоблин осыпал противника целой очередью безмолвных проклятий. Старик оказался тоже не лыком шит, отбив все наскоки декана воронят, походя уклонившись от бесцветного луча, посланного приземлившейся на четыре точки Минервой. Глядя на противника, декан львят хищно оскалилась и сжала кулак. Стальной капкан из трансфигурированных лавок хлопнул челюстями. Хлюпнув кровью, волшебник повис безжизненной тушкой, зажатый между железных зубцов. Горсть пуговиц, обронённых в полёте, покатилась под ноги Молли Уизли, верещащим волчком отбивающейся от ДМПешников. Подкатываясь к рыжеволосой фурии, пуговицы превращались в скарабеев, жадно набрасывающихся на живую плоть. Взвизгнув на зависть самым отпетым банши, матриарх рыжего семейства отвлеклась на новую угрозу, закономерно пропустив несколько оглушалок, отправивших её в страну грёз. Перестав терзать женщину и повинуясь воле заклинательницы в шотландских одеждах, жуки превратились в прочные оковы, спеленавшие бесчувственное тело по рукам и ногам. Больше никого убивать   Минерва не стала, так как на трибунах всё закончилось самым фееричным образом.

Протянув руки вверх, очнувшийся после оглушалки, Дамблдор призвал Фоукса. Возникший во вспышке пламени феникс протянул вниз длинный хвост и заорал дурниной, оказавшись в пасти дракона, в которого мгновенно перевоплотилась беловолосая красавица с французского сектора, до этого успешно державшая щит вместе с четой Делакуров и студентками Шармбатона. Студеный выдох Сибирского Инея заморозил птицу до состояния леденца. Мощная лапа вбила Снейпа в трибуну, попутно переломав зельевару несколько костей, на возврате ударив по голове опешившего Дамблдора. Закатив глаза, старик рухнул, как подкошенный.

С окраины Запретного леса, примыкающего к озеру, послышался многоголосый волчий вой, захлебнувшийся треском пулемётного огня. Серебряные пули рвали плоть скрытно подтянутых к Хогвартсу оборотней. Зачем они понадобились Дамблдору неизвестно, только группам зачистки, состоявшим из сквибов и волшебников-слабосилок было не до вопросов, они принялись за методичное сокращение поголовья тварей, расстреливая их из пулемётов с автоматами и забрасывая гранатами с серебряной пылью.

 

 

Продолжение следует…

 

 

Запись опубликована в рубрике Прода с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*