Жизнь на лезвии бритвы. Прода от 24 апреля.Не бечено.

 

*****

 

— Ну, внучек, удобно тебе? – участливо поинтересовался Кощей, разглядывая в центре зачарованного круга свернувшегося клубками василиска. – Это ты молодец, научился. Теперь давай в дракона… Умница, но скорость хромает, причём на все четыре лапы и цвет, касатик. Ты-ж, яхонтовый мой, на Сибирского Инея должен быть похож, а не на болотного цвета гадюку. Т-э-э-к, поработаем над формой и контролем, а это мы  ещё до третьей формы не дошли. Есть к чему стремиться.

Плебейским жестом почесав блестящую маковку, старик по-птичьи наклонил голову к правому плечу:

— И хвост без шипов и гребней,  змеиный. Недорабатываешь. Что ж, добавим мотивации,- со вселенской печалью в голосе и вселенским разочарованием в тоне на нерадивого ученика, сказал Кощей. – Сплошное уныние, никакой отдачи и на кого я силы трачу? – патетически воскликнул он, картинно возведя очи горе.

Не успел стихнуть последний звук его скрипучего голоса, как из защитной полусферы в меня ударила молния.

— Р-р-р! – в ярости рыкнул я, выпустив длинный язык пламени, но показательный эффект драконьего пламени, лизнувшего щит, оказался сорван второй молнией, ударившей в район крестца.

— Работай, внучек, работай!

— Я так не могу сосредоточиться, — человечья речь в драконьей ипостаси давалась тяжело, прерываясь рыкающими звуками.

— А ты думаешь, у тебя всегда будут тепличные условия и время на медитации, а враги окажутся настолько благородны, что позволят тебе сосредоточиться? – третья молния ударила точно между рогов. В глазах сразу заплясали десятки звездочек. Четвертая лупанула прямо в пасть, я чуть язык не проглотил.

Старик выхватил из воздуха настоящий секундомер. Он не стал ничего наколдовывать, наплевав на «темпус» и чары визуализации, воспользовавшись надёжной маггловской механикой, ведь чары могли засбоить от моих магических выбросов несмотря на всякие экраны.

— Задаю лимит тридцать секунд на смену формы. Время пошло! – заскорузлый палец нажал на кнопку.

Естественно я не уложился в предоставленное время. Перебрав отведённую норму на целых десять секунд, за что моментально последовало наказание. Сфера выплюнула десять ветвистых разрядов. Десять секунд – десять молний. Кто бы сомневался. От двух я увернулся, четыре отбил невербальным щитом, наколдовать который вышло без палочки почти на голых инстинктах. Четыре разряда попали в предназначенные места, да и с отбитыми обошлось не всё гладко. Экран предсказуемо отразил их обратно, усилив их мощь вдвое и вдвое умножив. Крутнувшись чуть ли не на кончике хвоста, я благоразумно не стал ничего отбивать, постаравшись увернуться. Из восьми разрядов сомнительной чести познакомиться с драконьей шкурой выпало трём. Две молнии впитались в землю, а три ударили в защитную сферу… Шесть мощных молний вновь летело в меня. Мгновенно сменив ипостась, я плашмя рухнул на землю. Молнии пронеслись мимо, двужно коснувшись защитной стенки и вернувшись обратно в удвоенном количестве… Очнулся я где-то через тридцать минут. Противно воняло подпаленной шкуркой, сердце колотилось в районе гортани, грозя вот-вот выскочить через рот, пытающийся втянуть в себя кисельную массу загустевшего воздуха.

— Урок усвоен? Не слышу ответа, — ехидно осведомился мучитель, поливающий меня ледяной водой. – Ладно, по-хорошему мы не желаем. Будет по-плохому. Усложним задачу и добавим ещё мотивации. Персональной, так сказать. Всё для тебя, родной. Всё для тебя. Отдохни пока дедушка работает… кхе-кхе.

На последнем многообещающем «кхе» из-за терема Кощея вдруг вышла Гермиона, ведущая за руку Лили. Неуловимым движением ладони, старик наложил на защитную сферу односторонний звуковой полог, дабы я своими криками не помешал общению одной лысой сволочи с юными дамами.

— Ой, дедушка Кощей, а почему Гарольд  голый? — на английском сорокой затрещала девочка. С русским языком у неё пока было не всё так гладко, как у меня или Гермионы, поэтому малышка при волнении переходила на родной язык общения.

— О, ему так нравится, красавица. Видишь, егоза, твой кузен устал и отдыхает.

— А что он делал? А вы, дедушка чему его учите?  А.. – больше десятка вопросов свалилось на голову бедного некроманта (жалеть лысого гада я даже не думал. Так его, Лили!). Настырная малышка буквально взяла деда в осаду, не давая старику вставить ни слова в свой непрекращающийся монолог, но вот она выплеснула накопившееся и приготовилась вдохнуть поглубже, чтобы свалить дедка со второго захода, как этот замшелый пердун вытащил из воздуха самый обычный чупа-чупс, вручив его девочке, тем самым просто и незамысловато заткнув поток детских «почемучек».

Накормив Лили сладостями, Кощей усадил девочку в центр одного из двух кругов, нарисованных на земле рядом с моим временным узилищем. Во второй круг, не говоря ни слова, по-королевски вплыла Гермиона.

— Видишь ли, иногда боль не приносит желаемого эффекта. Люди учатся не замечать её, купировать на одних рефлексах, тем самым сазывая результаты и низводя чужой труд ниже плинтуса, тогда на помощь приходит чужая боль…

— Ты ведь не сделаешь этого? Скажи, что это неправда!

— Могу и сделаю, уже сделал, как видишь, — равнодушно пожал плечами Кощей. – Теперь всё зависит от тебя. Сумеешь взять ипостаси под контроль и взломать барьер в сознании, честь тебе и хвала, а не сумеешь… Опытным путём мы выяснили, что физические наказания на тебя не действуют в должной мере. Пороху тебе, так сказать, не хватает. Да, что об стену горох, что стеной, поэтому пострадают невинные… Приступим! Не возражашь? Помни, всё вдвойне! Барьер падёт когда сканирующее плетение подтвердит полную трансформацию по всем трём формам.

— Сволочь! – прохрипел я, глядя на заскорузлый палец, нажимающий на кнопку секундомера.

— Поехали!

Первобытная ярость застила взор…

— А-а-а! – заорал я, падая на землю от разряда молнии. Во втором и третьем круге синхронно закричали Гермиона и Лили, в которых угодило по два разряда.

Металлические когти передних лап вонзились в промороженную насквозь землю. Обледеневшие комья полетели во все стороны. Ежесекундно перетекая из формы в форму, я пробил защитное покрытие под ногами. Пернатый змей в отличие от василиска и дракона прекрасно управлял ветром. Смерч, кружащийся за спиной и вбирающий в себя всё из выкапываемого тоннеля, был тому свидетельством. Разрушить рунные скрепы, выбитые на каменной площадке оказалось нелегко, но на помощь пришёл яд василиска от которого камень сначала трескался, а потом тёк, подобно лаве. Жаль столь ценного «ингредиента» оказалось не столь много, как хотелось, но рунную цепочку, удерживающей своеобразную клетку взаперти, я разорвал. После чего ослабленный барьер пал под натиском магии, клыков и когтей. Взбешённый дракон, вырвавшийся на волю и мечтающий взалкать крови гадского старика со всего маху влепился в невидимую стену, выросшую перед Кощеем.

— Ну, что сказать, молодец! – старик несколько раз издевательски хлопнул в сухонькие ладони. – Следующей темой у нас будет задание отличить материальную иллюзию, усиленную магией крови от реальности.

Тряхнув несколько раз отбитой о преграду рогатой маковкой, я впился удивлённым взглядом в грубые, подпаленные электрическими разрядами деревянные куклы, подпрыгивающие в зачарованных кругах.

— Деда, — открыла широченный, от уха до уха рот, маленькая кукла, и от её писклявого голоса мне захотелось провалиться под землю. – А правда братишка лопух? Хи-хи-хи!

— Дорогой! – клацая сочленениями, протянула ко мне руки вторая ожившая марионетка с париком из белой ваты. – Обними меня!

— Я не злопамятный, но злой и провалами в памяти не страдаю, — с многообещающей укоризной поведал тайну старик. От его улыбки бросило в дрожь, намекая, что пущенное в запале «сволочь» ученичку не единожды выйдет боком. – Отдохнул, юродивый? Эт, я, конечно с иллюзиями поспешил чутка, сейчас мы займёмся медитациями и посекундно вытащим из одной пустой головенки все чувства и эмоции, которые эта тупорогая бошка испытывала во время перевоплощений. Потом ты, внучек, отсеяв зерна от плевел и избавившись от лишних эмоций в разуме, на чистой воле и магии повторишь урок на бис, иначе в круг войдут они, — махнув рукой, старый прохиндей указал себе за спину, где по белой гравийной дорожке от калитки шли Гермиона и Лили. – В этот раз жертвы будут настоящие, — блеснул зубами Кощей, грубо припечатав. – Час на медитацию!

С того дня так и повелось. Прошу прощения за тавтологию, но состраданием этот яйцесмертный некромант не страдал. Оговорённую плату Яга получила через два дня. Рекорд! Гордиться достигнутыми результатами не получалось, вместо этого хотелось закопаться под землю или добровольно отправиться к Миледи. Пинтой яда, чешуйками и пером отделаться не получилось. Чешуя, когти и перья сыпались и летели с меня подобно опавшим листьям в осеннем лесу, яд тёк реками и ручьями. Жена толкла, варила, измельчала. Редчайшие снадобья изготавливались и потреблялись нами литрами. Если вы думаете, что Гермионе приходилось легче, чем мне, то это совсем не так. Яга взяла мою жёнушку в ежовые рукавицы едва ли не в прямом смысле слова. Все комплексы зелий, прописанные суровыми наставниками, варила Гермиона и любая её ошибка сказывалась на нас самым неприятным образом. Прыщи и понос – это самое безобидное, что нам пришлось пережить. Почему варить зелья не доверили потомственному зельевару и интуиту, то есть мне? Старик объяснил это нестабильной магией и некротическим влиянием, аурой которого я мог испохабить все компоненты. Как было сказано на одном из ежевечерних чаепитий, ставших доброй традицией, пока я не научусь держать опасную магию в узде, и не посажу её же на короткий поводок, он меня близко к котлу не подпустит. Через месяц истощительного марафона парочку молодожёнов выпнули на «дневной стационар» подлечить нервы.

«Стационаром» вредные старики называли Китеж. Ну, не сам городок ессно, а знаменитую магическую школу, в бревенчатых и белокаменных стенах которой мы постигали основы магических наук о которых давным-давно позабыли в Хогвартсе: кабалистика, малефицизм, экзорцизм, магия крови, рунистика и боевая магия, артефакторика, ноктурнизм, шаманизм и многое другое. Основ хватало. К вечеру портключ выбрасывал на аппарационную площадку перед калиткой в подворье Кощея два выжатых насухо лимона. Дав нам чуток отдышаться, Яга и старик разводили жертв по разным углам, проводя экспресс-опросы и не дай Мерлин ошибиться при ответе… Сколько раз прилетало молниями я не берусь сосчитать, но порки розгами и вожжами в конюшне помню все до единой. Зато жена в очередной получала живое пособие, которое требовалось поставить на ноги за час, за тридцать минут, за пятнадцать, перед этим проведя меддиагностику. Думаете, у меня не было таких уроков? Ошибаетесь! Всё тоже самое, вот не сойти мне с этого места. И зелья пришлось варитьи первую помощь изучать с полевой колдомедициной в жесткой увязке с магией жизни и смерти. Благодаря наставнику «глушить» некроауру  я научился через три недели, после чего получил полный допуск в зельеварню.

Кроме образовательных задач нам требовалась социализация и «легенда». О готовящемся турнире старик и без сопливых помощников пронюхал, а родственники многих китежских ребят учились в Дурмстранге. слухи и рассказы о молодом лорде Айсдрейке, много раз правнуке Кощея, обязаны были дойти до северных магообразовательных пенатов. От грядущего действа не остались в стороне волхвы 13 отдела КГБ. Некоторое количество студиозусов Китежа и Медвежки совершенно случайным образом и по совершенно независимым от грозной структуры обстоятельствам попали в программу обмена, а некоторые поступили на шестой и седьмой курсы Дурмстранга. Мне подобная участь не грозила, зато я успел примелькаться на глазах у сей почтенной публики. С некоторыми ребятами даже подружился. Проблемы были, куда без них. По аналогии с гомеровской Троей, стать яблоком раздора на судьбе было написано Гермионе. Её немного необычная внешность магической полукровки совершенно не потерялась на фоне славянских красавиц, которых в Китеже и окрестностях было пруд пруди. Естественно некоторые павлины распустили хвосты на столь желанную добычу, особенно старались видящие магическую ауру, которая у зазнобушки после уроков наставницы приобрела необычайную для юной прелестницы плотность. А о чём говорит плотность ауры, позвольте спросить. О магической силе, о том, что забеременевшая девушка без труда и ущерба собственному здоровью легко выносит и родит здоровое и магически сильное потомство. Не одного ребенка, а двух или трёх детишек запросто. От этого ценность приза только возрастает. И ведь не расскажешь глухим и слепым, потерявшим инстинкт самосохранения, растоковавшимся глухарям, что они давно и надёжно в пролёте, а родить от простого человека Гермионе не дано в принципе. Где-то приходилось давить фамильным авторитетом, где-то, под клятву, открывать тайну бракосочетания и демонстрировать кольца, а где-то по чьей-то роже элементарно работать кулаками. Не все разумные понимают с первого раза и даже со второго до некоторых не доходит. После тех драк и вразумлений до меня дошло, что старик заранее просчитал, что «внучек» таки заработает среди молодёжи определённую репутацию и в табели о рангах займет не последнее место.

В конце августа перед самым четвёртым курсом была выполнена одна из главных задач классического попаданца в Поттериану. Нет-нет, никто не дорисовал командирскую башенку на Т-34, не перепевал Высоцкого и не мочил в сортире Хрущёва. Даже Дамбигада и Волдиморды никто не авадил. Проще надо быть, леди и джентльмены, проще! Классический попаданец в Поттериану обязан поставить на Крама! Да-да, международный чемпионат по квиддичу вам в помощь и Крам пророк его. Ставка 1 к 30. Уизлюки в каноне лопухнулись с Бегменом, я этому полосатому нехорошему человеку не доверял, поэтому кровно заработанный миллион, как все нормальные люди, поставил в Гринготтсе. Под клятвы, расписки и тому подобное. Всё по-взрослому и по-честному, любой обман исключается. Маленькая ремарочка: за неделю до переезда в Англию, в безымянном швейцарском отеле состоялась приватная встреча одного юного лорда с Груборылом и Крокозубом. Финансовым поверенным вменялось представлять интересы Гарольда Эванса, носящего для конспирации иное имя, в букмекерской конторе Гринготтса. На уточняющий вопрос, что будет с итальянским кланом зеленомордых оккупантов, захвативших английский филиал банка, буде они вынуждены выплатить неприлично крупную сумму, оба моих острозубых финансиста хищно осклабились подобно белым акулам на переполненных пляжах Майями. Ясно, как божий день, итальяшек из окривевшего копья попрут в тот же час и миг, как последний ржавый сикль перекочует из главного сейфа банка в личные закрома удачливого клиента. Месть свершится мгновенно. Кровавые топоры от обидчиков не оставят ни щепочки и они никогда не забудут того, кто им подарил сказочную возможность свершить вендетту. Итальянские коротышки знали, на что шли, но алчность и жажда наживы сыграли с ними злую шутку. Таким макаром я решил сразу две крупных стратегических задачи – заработал тридцать миллионов галеонов и получил лояльность английских гоблинов, вернувших управление банком в свои когтистые руки.

В Хогвартс приехал мультимиллионер, спонсор и меценат. Зельеварня по последнему слову магонауки обошлась в сущие копейки на фоне общего капитала, но престиж и репутация в определённых кругах окупили вложения сторицей. Старина Слагги продался с потрохами. Пусть трусливый мастер побоится выступить против Дамболдора, но у него хватит смелости не выступать «за».

 

Конец флешбека.

 

 

Продолжение следует…

Запись опубликована в рубрике Прода с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*